Почему социализм провалился



Страшно сознавать, насколько точно сбылись предсказания Бориса Чичерина по поводу социализма. Представьте: 1882 год. Володя Ульянов ходит в гимназию и ещё, вероятно, даже не думает про революцию. Его старший брат, террорист, будет арестован только через пять лет. До известных событий октября 1917 года остаётся несколько десятилетий.

И вот в этот самый момент, когда аббревиатуры СССР не существовало ещё даже в проекте, философ Борис Чичерин пишет книгу «Собственность и государство», в которой он прозревает реалии развитого социализма столь узнаваемо, будто писал книгу на 100 лет позже, при Брежневе, а не при Александре III.

Collapse )

С днем 8 марта

Р. КИПЛИНГ: " - Великие вещи, все, как одна: Женщины, Лошади, Власть и Война..." Можно поменять лошадей на автомобили, но женщины останутся на первом месте. И пусть феминистки обвинят меня в мужском шовинизме, но без женского дня мир был бы еще более несовершенен. Поздравляю лучшую половину с праздником 8 марта, а остальных - с ее наличием.



Рубен Варданян — РБК: «Мы имеем революцию, о чем пока громко не говорим»

Кто эффективнее контролирует человека — государство или искусственный интеллект, как одиночество стало главной проблемой современности и почему толмач — профессия будущего, в интервью телеканалу РБК рассказал Рубен Варданян



Об экономических итогах прошедшего года

[Год назад] у меня был прогноз, связанный с экономическим кризисом, а он не состоялся. Я не ожидал, что система выдержит вброс такого количества денег, которые залили в очередной раз все проблемы. Было интересно наблюдать феномен этой огромной денежной массы, которая пошла в фондовый рынок и [его] рост. Но при этом выяснилось, что свободные деньги жгут руки. Огромное количество людей начали покупать ценные бумаги в большом количестве, биткоин улетел. В общем, видим гиперинфляцию на финансовом рынке без инфляции серьезного объема в реально материальном.

[Последствия этого] могут быть как позитивными, так и негативными. Негативные, конечно, это [расцвет] МММ. В тот момент, когда мы отказались от Бреттон-Вудской [валютной] системы, стал возможен выпуск мусорных облигаций, фьючерсов и всех производных инструментов, которые дают возможность создавать эффективный рынок без привязки к самому товару. И в этом смысле, конечно, это МММ масштаба на уровне государства.

Collapse )

Утильсбор. Письмо Мишустину и Борисову

Сельхозмашиностроение в нашей стране постепенно развивается, хотя и не во всех секторах. Мало желающих пока производить малые тракторы, например.
Развивается также производство строительно-дорожной техники, но наши производители занимают лишь 20 процентов внутреннего рынка.
Производством специализированной техники в России занимаются около 200 компаний. Коллективы имеют нужную компетенцию и работают напряжённо, но условия этой работы имеют большой потенциал к улучшению. Поэтому рынок нужно защищать, поддержку машиностроения усиливать, нужно также заботиться об экологии.

Написали по этому поводу с коллегами письмо.




По этому поводу уже отписался Коммерсант.

Посмотрим, услышит ли правительство.
  • bmpd

Первая демонстрация колесной бронированной машины Iveco MTV

На проходившей с 21 по 25 февраля 2021 года в Абу-Даби (ОАЭ) международной оборонной выставке IDEX-2021 итальянская компания Iveco Defence Vehicles (часть группы Iveco, контролируемой объединением CNH Industrial NV) впервые представила образец своей новой колесной бронированной машины MTV (Medium Tactical Vehicle) с колесной формулой 4х4, стартовым заказчиком которой стали вооруженные силы Нидерландов.


Iveco-DV-MTV_01

Опытный образец новой колесной бронированной машины Iveco MTV (Medium Tactical Vehicle) в экспозиции выставки IDEX-2021. Абу-Даби (ОАЭ), февраль 2021 года (с) Iveco Defence Vehicles

Collapse )

Жванецкий о Советской Родине

«Она была суровой, совсем не ласковой с виду. Не гламурной. Не приторно любезной. У неё не было на это времени. Да и желания не было. И происхождение подкачало. Простой она была.
Всю жизнь, сколько помню, она работала. Много. Очень много. Занималась всем сразу. И прежде всего — нами, оболтусами.
Кормила, как могла. Не трюфелями, не лангустами, не пармезаном с моцареллой. Кормила простым сыром, простой колбасой, завёрнутой в грубую серую обёрточную бумагу.
Учила. Совала под нос книги, запихивала в кружки и спортивные секции, водила в кино на детские утренники по 10 копеек за билет.
В кукольные театры, в ТЮЗ. Позже — в драму, оперу и балет.
Учила думать. Учила делать выводы. Сомневаться и добиваться. И мы старались, как умели. И капризничали. И воротили носы.
И взрослели, умнели, мудрели, получали степени, ордена и звания. И ничего не понимали. Хотя думали, что понимаем всё.
А она снова и снова отправляла нас в институты и университеты. В НИИ. На заводы и на стадионы. В колхозы. В стройотряды. На далёкие стройки. В космос. Она всё время куда-то нацеливала нас. Даже против нашей воли. Брала за руку и вела. Тихонько подталкивала сзади. Потом махала рукой и уходила дальше, наблюдая за нами со стороны. Издалека.
Она не была благодушно-показной и нарочито щедрой. Она была экономной. Бережливой. Не баловала бесконечным разнообразием заморских благ. Предпочитала своё, домашнее. Но иногда вдруг нечаянно дарила американские фильмы, французские духи, немецкие ботинки или финские куртки. Нечасто и немного. Зато все они были отменного качества — и кинокартины, и одежда, и косметика, и детские игрушки. Как и положено быть подаркам, сделанным близкими людьми
Мы дрались за ними в очереди. Шумно и совсем по-детски восхищались. А она вздыхала. Молча. Она не могла дать больше. И потому молчала. И снова работала. Строила. Возводила. Запускала. Изобретала. И кормила. И учила.
Нам не хватало. И мы роптали. Избалованные дети, ещё не знающие горя. Мы ворчали, мы жаловались. Мы были недовольны. Нам было мало.
И однажды мы возмутились. Громко. Всерьёз.
Она не удивилась. Она всё понимала. И потому ничего не сказала. Тяжело вздохнула и ушла. Совсем. Навсегда.
Она не обиделась. За свою долгую трудную жизнь она ко всему привыкла.
Она не была идеальной и сама это понимала. Она была живой и потому ошибалась. Иногда серьёзно. Но чаще трагически. В нашу пользу. Она просто слишком любила нас. Хотя и старалась особенно это не показывать. Она слишком хорошо думала о нас. Лучше, чем мы были на самом деле. И берегла нас, как могла. От всего дурного. Мы думали, что мы выросли давно. Мы были уверены что вполне проживём без её заботы и без её присмотра.
Мы были уверены в этом. Мы ошибались. А она — нет.
Она оказалась права и на этот раз. Как и почти всегда. Но, выслушав наши упрёки, спорить не стала.
И ушла. Не выстрелив. Не пролив крови. Не хлопнув дверью. Не оскорбив нас на прощанье. Ушла, оставив нас жить так, как мы хотели тогда.
Вот так и живём с тех пор.
Зато теперь мы знаем всё. И что такое изобилие. И что такое горе. Вдоволь.
Счастливы мы?
Не знаю.
Но точно знаю, какие слова многие из нас так и не сказали ей тогда.
Мы заплатили сполна за своё подростковое нахальство. Теперь мы поняли всё, чего никак не могли осознать незрелым умом в те годы нашего безмятежного избалованного детства.
Спасибо тебе! Не поминай нас плохо. И прости. За всё!
Советская Родина».
М.Жванецкий